Вашему вниманию представляем материал о Нурлане Джумагуловиче Батпенове, основателе и первом директоре НИИТО, написанный журналистом газеты «Время» Оксаной Акуловой в ходе встречи с его сестрой Гульнарой Джумагуловной Батпеновой.


Человек, воплотивший мечту

Гульнара БАТПЕНОВА соглашается на эту встречу лишь потому, что хочет рассказать о своем знаменитом брате Нурлане БАТПЕНОВЕ. Основатель и первый директор НИИ травматологии и ортопедии, президент Ассоциации травматологов и ортопедов Казахстана, главный и самый известный травматолог страны, доктор медицинских наук, академик, изобретатель. Нурлана Джумагуловича не стало 15 июля. В новостях сообщили коротко: причина смерти не уточняется… 

- Он был человеком, осуществившим мечту, - говорит Гульнара Джумагуловна по телефону и назначает время. - Завтра. В час. В Национальном музее Казахстана. Там проходит выставка, посвященная памяти моего брата.

В одном из залов - вся жизнь Батпенова. Здесь тихо. И говорим мы вполголоса. Не потому, что это музей - атмосфера такая. Хочется постоять у фотографий, помолчать, вспомнить. Место памяти. Для кого-то - место силы. Особое место. Гульнара Джумагуловна сжимает в кулаке салфетку - знает, что понадобится. Боль не ушла и не притупилась. Она рядом и, кажется, заполняет все вокруг - кожей чувствую, до мурашек.

- Вы здесь часто бываете? - спрашиваю я.

- Часто. Сюда хочется приходить, с братом пообщаться. В прошлом году Нурлану исполнилось 70 лет. И тогда было такое предложение - не от нас оно исходило, так скажем, от общественности - сделать выставку, посвященную ему. И книгу о нем хотели написать. Но Нурлан возмутился: “Вы что?! Я обыч­ный человек!” И ничего организовывать не стали. Нам отец всегда говорил: “Делайте свою работу так, чтобы это было гордостью”. И все мы живем по этому принципу. А мама добавляла: “Пусть моих детей хвалят люди”.

- Когда Нурлан ушел, для нас это стало неожиданностью, - дрожащим голосом произносит Гульнара Джумагуловна и подносит салфетку к лицу. - Он до последнего работал. Весенний карантин закончился, из регионов в центр травматологии хлынули пациенты - поток был большой. Брат до последнего оставался оперирующим хирургом, сам людей осматривал, встречался с ними. И, видно, где-то... В клинике был фильтрационный центр, через который проходили все пациенты, все меры предосторожности соблюдались. Нурлан был сильным - из дома на работу ходил пешком, а это километров 10-12. Каждый день с гирей тренировался. Любил повторять: “У врача должно быть тренированное сердце и крепкие руки”. Но оказалось, что ковид - это такая зараза… 

- Как вы узнали о болезни брата?

- Нурлан позвонил мне и сказал: “У меня температура”. Лет пять назад он перенес операцию на сердце и когда температурил, у него нарушался сердечный ритм. Сразу взяли тест на ковид. Результат оказался положительным. Брата увезли в инфекционную больницу. Через несколько дней ему стало плохо - попал в реанимацию. Оттуда его перевели в кардиологию, тоже в реанимацию. Нурлан все время был в сознании, но слабый. Сначала сообщения нам писал по телефону. Потом записки. А в последний день (если бы мы знали тогда, что он станет последним) ребята-врачи сняли его на видео - брат нам рукой помахал. Видели, что у него почти нет сил, но надежда все равно оставалась. Мы собирались вместе, молились, просили аруахов о помощи. Но... У Нурлана произошла остановка сердца. В первый раз “завели”. Через два дня - вторая. На этот раз сделать ничего не смогли. Нурлана не стало. В больнице он пролежал около месяца.

Мы идем по залу, рассматривая фотографии на стенах. Надо сделать передышку - прийти в себя. Гульнара Джумагуловна продолжает, показывая на фотографию:

- Вот Нурлан в школе. Он всю жизнь общался с одноклассниками. Отмечать свой юбилей уехал в наш родной Акколь. Собрал друзей детства, соседей - вспоминали, пели дворовые песни под гитару, шутили... И все были счастливы. Нурлан не любил чествований. Мы только когда эту выставку готовили, посчитали, что у него, оказывается, было 29 изобретений, и все запатентованы. А последнее - его так и называют “аппарат Батпенова” - выпускают в Германии и продают по всему миру. Благодаря ему люди быстрее встают на ноги.

- А это первые годы работы в больнице. Брату предлагали остаться в Москве, где он учился. Но он вернулся на родину, стал работать здесь. Мечтал, чтобы в Казахстане появился институт травматологии. В союзных респуб­ликах в советские времена они были, а у нас почему-то нет. И он его создал на базе областной клинической больницы. Всего себя в это вкладывал. Поставил цель - во всех областях Казахстана должны появиться травматологические центры, чтобы люди не ехали в Алматы или столицу, а могли получить помощь у себя. Возил в регионы лучших врачей, проводил мастер-классы. Добился создания пунктов по оказанию экстренной медико-спасательной помощи, которые появились вдоль республиканских трасс.

- А здесь он с Касым-Жомартом ТОКАЕВЫМ. Эту фотографию сделали, когда президент приезжал в Институт травматологии. В последние годы у брата была другая мечта - построить новый корпус на базе института. И Нурлан сказал об этом. Сейчас этот вопрос решается. Нам важно довести это дело до конца. А еще мы создали фонд имени Батпенова, чтобы поддержать молодых врачей и талантливых студентов. Нурлан много вкладывал в них, а аспирантов своих баловал. Считал: врачу нужно создать такие условия, чтобы он не думал о бытовых проблемах. И многих отправлял учиться за границу, но не за бюджетные деньги. У Нурлана лечились бизнесмены, их родственники. Приходили его благодарить, а он отвечал: “Мне ничего не нужно. Если хотите, перечислите деньги в фонд”. И на них отправлял ребят учиться.

- Посмотрите, фарфоровый заварочный чайник - один из первых подарков, который пациенты сделали Нурлану. Брат собрал ногу мужчине после ДТП. Все говорили, что он ходить не будет. А Нурлан парировал: “Будет!” Дарственная надпись: “1979 год. Город Целиноград. Супруги Чепурненко”. Вот еще посмотрите, какая поделка - тонкая работа. Сделал ее парень из аула, тоже в 70-е. У него ключица была сломана, он руку не мог опустить и пальцами шевелить. Нурлан его прооперировал и сказал: “Дай мне слово, что своими руками сделаешь для меня сувенир”. И через какое-то время парень приехал и подарил это. Нурлан всегда держал его подарок на рабочем столе и убеждал молодых коллег: “Если вы что-то хотите, вы всегда это сделаете. У пациента должна быть вера, а веру вселяет врач”.

- Вот мы с Нурланом в Москве, стоим на перроне - тогда мы еще на поездах ездили. Молодые совсем. Счастливые. Это моя любимая фотография. Вы знаете, нам до сих пор не верится, что Нурлана нет. Иногда кажется, что он позвонит или заедет. Будто брат в командировке и вот-вот вернется. У всех ощущение, что он жив. Мы дома продолжаем повторять: “Нурлан сказал”, “Нурлан сделал”.

- И только в настоящем времени?..

- Только так. И так будет всегда.

- Он был стеной для вас?

- И стеной, и стержнем, и гордостью нашей семьи. Врачом от Бога! Наверное, дар передался ему от деда. Папин отец был народным лекарем и костоправом. Он многим людям помог. И у Нурлана тоже такое было, будто видел человека насквозь. Нам сейчас так больно! Думаю, люди, потерявшие своих близких, поймут меня. Никакие выплаты, никакие компенсации не заменят родного человека. Знаете, все мне говорят: “Гульнара, ты счастливый человек. У тебя был такой брат!”. Нурлан не просто был, он всегда будет со мной...

Оксана АКУЛОВА, фото Владимира ТРЕТЬЯКОВА, Нур-Султан

https://time.kz/articles/chastnyj/2020/10/16/chelovek-voplotivshij-mechtu?fbclid=IwAR3e-7K34kumpGL5jjwnzdTWBV9XxC8N12GZKb_sj3e-1nRXFmcdzdBc6SE